Мнение. Диалог со временем. 11.01.2020 г. № 1

По меркам человеческой жизни эта цифра ни о чем не говорит. «Красное знамя» все эти годы живет в ритме не времени, поскольку время никоим образом не может однозначно определить свое влияние на судьбы человечества. Поэтому, чтобы понять, как меняемся мы в изменяющемся мире, надо посмотреть в зеркало жизни. А этим зеркалом была и остается пресса, которая не столько отражала время, сколько вела с ним непростой, но всегда заинтересованный, разговор.
Всегда ли это удавалось нам делать честно, откровенно и патриотично? Было бы некоторым лукавством, если бы дала исключительно утвердительный ответ. В былые времена газета больше склонялась к пропаганде, чем стремилась дать читателю разностороннюю информацию, не вдаваясь в соблазн поучать, делать выводы и считать себя истиной в последней инстанции. И какова была наша задача? Продвигать политику партии и государства. Некоторые из нас делали это очень неплохо.
Чтобы заниматься нашей профессией, пишущему нужна абсолютная свобода. И еще — жизненный опыт. Я помню, как одна моя юная коллега, вернувшись после учебы на факультете журналистики, не смущаясь, на вопрос: «Как тебя теперь называть»? — ответила: «Журналистом».
Откуда у восемнадцатилетней особы понимание жизни? Что она знает в этом возрасте?
…Впрочем, хватит ворчания. Все-таки мы говорим о профессии, которая для многих из нас, действительно, стала смыслом и содержанием жизни. И то, что многие из нас называли себя больше газетчиками, а не журналистами, говорит о том, что мы стремились не столько к самоутверждению, а стремились учиться у тех, для кого журналистика была идеей, по большому счету, спасения человечества от зла, насилия, безнравственности во всех смыслах этого понятия. Да, нам, краснознаменовцам, повезло на учителей и наставников. Некоторые из нас могут похвалиться тем, что проходили школу журналистики у Красникова Анатолия Никифоровича, Придиуса Петра Ефимовича, Вячеслава Сергеевича Смеюхи, Николая Ивановича Балахонова. Мы учились у них более свободному владению информацией. Впрочем, и они были и оставались теми самыми солдатами идеологического фронта.
Так что же такое свобода журналистики? Ведь даже тогда, когда объявили свободу печати, жизнь показала, что российская печать не могла быть абсолютно свободной. И это не есть предмет осуждения, поскольку журналисты, имена которых я назвала выше, свободу свою мерили, прежде всего, по уровню профессиональной ответственности и честности перед самими собой, перед обществом и перед грядущим поколением.
Напоследок вспомню слова моего редактора. Он сказал так: «Ты не можешь, к сожалению, своими публикациями изменить мир. Ты часто не в силах изменить жизнь даже одного человека. Но твой читатель должен знать, что ты всегда ЗА него».
Поэтому, ведя диалог со временем, ты, мой коллега, и я вместе с тобой, хотели бы в профессии быть именно заодно со своим читателем. Тогда с полным правом можно сказать: «Ребята, мы — в профессии».
С праздником, пишущие, снимающие, вещающие. С Днем российской печати!
А. Карташова.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.